Критерии научности (логические, эмпирические, другие). Идеалы и нормы научности

Совокупность критериев научности определяет вполне конкретную модель науки, которую обозначают термином классическая наука. Система выделенных критериев может быть представлена следующим образом. Во-первых, научность отождествляется с объективностью. Объективность понимается как нацеленность на объект, как объектность. Для науки – всё объект, постигаемый через опыт.

Вторая особенность наукиопытный характер знания. Наблюдение, эксперимент, измерение – основные методы получения и подтверждения знания. В этой связи к научному эксперименту предъявляется требование воспроизводимости и повторяемости. Опыт в любое время и в любом месте может быть повторён и его результат не изменится. Научный результат не зависит от того, кто его получил.

Третий постулат классической модели науки, касающийся общезначимости, достоверности и универсальности научного знания, носит название принципа интерсубъективности. Согласно последнему, научное высказывание будет тем достоверней, чем меньше содержит субъективных привнесений. Классическая наука стремилась элиминировать (от лат eliminare – изгонять), исключить субъекта из контекста внутринаучных построений. Наука должна давать совершенно достоверное знание, окончательно обоснованное. Это требование связывают с фундаментализмом научного знания, его обозначают также как критерий универсализма.

Наконец, научное знание – это знание, нацеленное на поиск истины. Глубокая связь классической научности и истинности выражена бытовавшим утверждением: быть научным, значит, быть истинным. Истина – это лакмусовая бумага для проверки на научность. Никакое другое знание не оценивается на истинность: ни стихи, ни музыкальное произведение, ни религиозный трактат… Именно истинность научных знаний делает их универсальными и всеобщими, позволяет воплощать и применять в технике, в системах управления.

Критерии научности – объективность, истинность, интерсубъективность, универсализм, воспроизводимость, достоверность и опытность знания характеризует классическую модель науки. Это своего рода идеальная модель, которой в реальной истории науки вряд ли соответствовало полностью какое-либо теоретическое построение. Как правило, в учебниках приводятся не все здесь перечисленные критерии научности, а только некоторые из них, например экспериментальный характер и достоверность научных высказываний, или универсализм и фундаментализм. Дело в том, что указанные критерии представляют собой систему ограничений, чрезвычайно тесно связанных друг с другом, в некотором смысле, тавтологичных. Стоит отказаться от одного, как окажутся невыполнимыми все остальные. Система требований, предъявляемых к знанию, тестируемому на научность, далеко не случайна, а обусловлена той социокультурной ситуацией.

Известно несколько критериев разграничения научных и псевдонаучных идей – это:

1. Принцип верификации.

Принцип употребляется в логике и методологии науки для установления истинности научных утверждений в результате их эмпирической проверки.

Различают:

- непосредственную верификацию – как прямую проверку утверждений, формулирующих данные наблюдения и эксперимента;

- косвенную верификацию – как установление логических отношений между косвенно верифицируемыми утверждениями.

Принцип верификации позволяет в первом приближении ограничить научное знание от явно вненаучного. Однако он не может помочь там, где система идей скроена так, что решительно все возможные эмпирические факты можно истолковать в её пользу – идеология, религия, астрология и т. п.

2. Принцип фальсификации.

Его суть: критерием научного статуса теории является её фальсифицируемость, или опровержимость, то есть только, то знание может претендовать на звание «научного», которое в принципе опровержимо. Принцип фальсификации делает знание относительным, лишая его неизменности, абсолютности, законченности.

Фальсифицируемость (опровергаемость, критерий Поппера)критерий научности эмпирической теории, сформулированный К. Поппером. Теория удовлетворяет критерию Поппера (является фальсифицируемой), если существует методологическая возможность её опровержения путём постановки того или иного эксперимента, даже если такой эксперимент не был поставлен. Философская доктрина, согласно которой фальсифицируемость теории является необходимым условием её научности, носит название Фальсификационизм.

Сущность критерия.

Критерий фальсифицируемости требует, чтобы теория или гипотеза не была принципиально неопровержимой. Согласно Попперу, теория не может считаться научной только на том основании, что существует один, несколько или неограниченно много экспериментов, дающих её подтверждение. Так как практически любая теория, сформированная на основании хоть каких-то экспериментальных данных, допускает постановку большого количества подтверждающих экспериментов, наличие подтверждений не может считаться признаком научности теории.

По Попперу, теории различаются по отношению к возможности постановки эксперимента, могущего, хотя бы в принципе, дать результат, который опровергнет данную теорию. Теория, для которой существует такая возможность, называется фальсифицируемой. Теория, для которой не существует такой возможности, то есть в рамках, которой может быть объяснён любой результат любого мыслимого эксперимента (в той области, которую описывает теория), называется нефальсифицируемой.

Критерий Поппера является лишь критерием отнесения теории к разряду научных, но не является критерием её истинности или возможности её успешного применения. Соотношение фальсифицируемости теории и её истинности может быть различным. Если эксперимент, ставящий под сомнение фальсифицируемую теорию, при постановке действительно даёт результат, противоречащий этой теории, то теория становится фальсифицированной, то есть ложной, но от этого не перестанет быть фальсифицируемой, то есть научной.

«В то время меня интересовал не вопрос о том, «когда теория истинна?», и не вопрос, «когда теория приемлема?». Я поставил перед собой другую проблему. Я хотел провести различие между наукой и псевдонаукой, прекрасно зная, что наука часто ошибается, и что псевдонаука может случайно натолкнуться на истину».

Обосновывая именно такой критерий научности, Поппер приводил в качестве примера различие между такими теориями, как общая теория относительности Эйнштейна, исторический материализм Маркса и теории психоанализа Фрейда и Адлера. Он обратил внимание на то, что названные теории весьма различаются в отношении возможности их экспериментальной проверки и опровержения. Теории психоанализа подобной проверке подвергнуть невозможно в принципе. Как бы не вёл себя человек, его поведение можно объяснить с позиции психоаналитических теорий, нет такого поведения, которое опровергло бы эти теории.

В отличие от психоанализа, общая теория относительности допускает возможность проверки. Так, согласно ОТО, тела большой массы (например, звёзды) своим притяжением искривляют ход световых лучей. В результате свет далёкой звезды, видимой вблизи солнца, изменяет направление, и звезда кажется смещённой с места, на котором она находится, когда наблюдается вдали от солнечного диска. Этот эффект можно наблюдать во время полного солнечного затмения, когда свет Солнца не мешает видеть звёзды вблизи него. Если в результате проверки окажется, что эффект не наблюдается, его отсутствие станет доказательством несостоятельности ОТО, т.е. такой эксперимент, теоретически, мог бы фальсифицировать ОТО. Проверку этого предсказания произвёл Эддингтон во время затмения 29 мая 1919 г., получив в итоге ранее предсказанный эффект.

«В рассматриваемом примере производит впечатление тот риск, с которым связано подобное предсказание. Если наблюдение показывает, что предсказанный эффект определённо отсутствует, то теория просто-напросто отвергается. Данная теория несовместима с определёнными возможными результатами наблюдения – с теми результатами, которых до Эйнштейна ожидал бы каждый. Такая ситуация совершенно отлична от описанной ранее, когда соответствующие [психологические] теории оказывались совместимыми с любым человеческим поведением, и было практически невозможно описать какую-либо форму человеческого поведения, которая не была бы подтверждением этих теорий.»

Более сложно обстоит дело с марксистской теорией. В своём первоначальном виде она была вполне фальсифицируемой, а следовательно, научной. Она давала предсказания, которые можно было проверить: предсказывала будущие социальные революции, их сроки и государства в которых они произойдут. Однако все эти предсказания не сбылись. Таким образом, марксизм был фальсифицирован, но его сторонники, вместо того, чтобы принять опровержение и признать теорию ложной, пошли по другому пути: они переинтерпретировали теорию и её предсказания так, чтобы выводы теории оказались в согласии с практикой. В результате они «спасли» теорию, но сделали это ценой утраты фальсифицируемости – марксизм из научной теории превратился в лженауку. Впоследствии, как отметил К. Еськов, «в СССР марксизм превратился в чистое богословие, то есть трактование священных текстов».

Критерий фальсифицируемости не требует, чтобы уже в момент выдвижения теории можно было реально поставить эксперимент для проверки теории. Он требует лишь, чтобы возможность постановки такого эксперимента в принципе существовала.

«Эйнштейновская теория гравитации, очевидно, удовлетворяет критерию фальсифицируемости. Даже если в период её выдвижения наши измерительные инструменты ещё не позволяли говорить о результатах её проверок с полной уверенностью, возможность опровержения этой теории, несомненно, существовала уже тогда.

Астрология не подвергается проверке. Астрологи до такой степени заблуждаются относительно того, что ими считается подтверждающими свидетельствами, что не обращают никакого внимания на неблагоприятные для них примеры. Более того, делая свои интерпретации и пророчества достаточно неопределёнными, они способны объяснить всё, что могло бы оказаться опровержением их теории, если бы она и вытекающие из неё пророчества были более точными. Чтобы избежать фальсификации, они разрушают проверяемость своих теорий. Это обычный трюк всех прорицателей: предсказывать события так неопределённо, чтобы предсказания всегда сбывались, то есть, чтобы они были неопровержимыми.

Две упомянутые ранее психоаналитические теории относятся к другому классу. Они просто являются непроверяемыми и неопровержимыми теориями… Это не означает, что Фрейд и Адлер вообще не сказали ничего правильного… Но это означает, что те «клинические наблюдения», которые, как наивно полагают психоаналитики, подтверждают их теорию, делают это не в большей степени, чем ежедневные подтверждения, обнаруживаемые астрологами в своей практике. Что же касается описания Фрейдом Я (Эго), Сверх-Я (Супер-Эго) и Оно (Ид), то оно по сути своей не более научно, чем истории Гомера об Олимпе. Рассматриваемые теории описывают некоторые факты, но делают это в виде мифа. Они содержат весьма интересные психологические предположения, однако выражают их в непроверяемой форме».

Интересный результат применения критерия Поппера: некоторые положения могут считаться научными, а их отрицания – не могут, и наоборот. Так, например, предположение о существовании бога (не какого-то конкретного бога, а бога вообще) нефальсифицируемо, а поэтому не может приниматься как научная гипотеза (нефальсифицируемость связана с тем, что опровергнуть существование бога невозможно – любое опровержение можно отвергнуть, заявив, что бог пребывает вне физического мира, физических законов, вне логики и так далее). В то же время предположение о несуществовании бога фальсифицируемо (для его опровержения достаточно предъявить бога и продемонстрировать его сверхъестественные черты), поэтому может приниматься в качестве научной гипотезы.

Фальсифицируемость утверждений о существовании чего-либо вообще.

Если мы имеем внутренне непротиворечивую идею о некотором физическом объекте, то можем задаться вопросом о его существовании где-либо во вселенной.

Получается две теории:

1) это где-либо существует;

2) этого нет нигде во вселенной.

Эти две теории с точки зрения принципа фальсифицируемости принципиально отличаются.

Теория о несуществовании естественным образом фальсифицируема: для её опровержения достаточно предъявить то, существование чего отрицается. Таким образом, теория о несуществовании чего бы то ни было, всегда будет научной независимо от того, существование чего отрицается.

С фальсифицируемостью теории о существовании намного сложнее. Нам надо придумать эксперимент по её опровержению. Но все наши эксперименты всегда ограничены как в пространстве, так и во времени. Насчёт пространства: в принципе вселенная может иметь бесконечную протяжённость (если её средняя плотность меньше некоторой критической). В этом случае при любом возрасте земной цивилизации, мы будем иметь только конечное число людей (живших или живущих в этот момент времени) и, естественно, конечное число всех возможных экспериментов, проведённых к данному моменту времени. И так как каждый эксперимент охватывает ограниченное пространство, то и все они будут охватывать ограниченное пространство. Ну а в пространстве, неохваченном нашими экспериментами, теоретически может быть всё что угодно, в том числе и то, существование чего опровергается.

Таким образом, при средней плотности вещества во вселенной меньше критической, любая теория о существовании не может быть опровергнута ни на какой стадии развития цивилизации (т. е. никогда), а значит и не может быть признана научной, как нефальсифицируемая.

3. Рациональный принцип является основным средством обоснованности знания. Он выступает в качестве ориентира на определённые нормы, идеалы научности, эталоны научных результатов.

В рамках рационального стиля мышления научное знание характеризуют следующие методологические критерии:

- универсальность, то есть исключение любой конкретики – места, времени, субъекта и т. п.;

- согласованность, или непротиворечивость, обеспечиваемая дедуктивным способом развёртывания системы знания;

- простота; хорошей считается та теория, которая объясняет максимально широкий круг явлений, опираясь на минимальное количество принципов;

- объяснительный потенциал;

- наличие предсказательной силы.

Критерии науки

Выделяют 6 критериев научности знаний:

1. системность знания - научные знания всегда имеют систематический, упорядоченный характер;

2. целевой - всякая научное знание является результатом поставленной научной цели;
3. деятельностный - научное знание всегда выступает итогом деятельности ученых по реализации поставленной научной цели;

4. рационалистический - научное знание всегда основывается на разуме (в традициях Востока утвердился приоритет интуиции как сверхчувственного восприятия действительности);

5. экспериментальный - научные знания должны быть подтверждены экспериментально;

6. математический - к научным данным должен быть применим математический аппарат.

Знания, накопленные людьми, имеют три уровня: обыденный, эмпирический (опытный) и теоретический (уровень научного знания).

Результатом научной деятельности являются научные знания, которые в зависимости от содержания и применения подразделяются на:

1. фактологические - представляют собой набор систематизированных фактов объективной действительности;

2. теоретические (фундаментальные) - теории, объясняющие процессы происходящие в объективной действительности;

3. технико-прикладные (технологии) - знания о практическом применении полученных знаний;

4. практически прикладные (праксеологические) - знания об экономическом эффекте, получаемом в результате применения научных достижений.

Формами научного знания являются: научные понятия, программы, типологии, классификации, гипотезы, теории.

Решение любой научной проблемы включает выдвижение различных догадок, предположений. Научное предположение, выдвигаемое для устранения ситуации неопределенности, называется гипотезой. Это не достоверное, а вероятное знание. Истинность или ложность такого знания нуждается в проверке. Процесс установления истинности гипотезы называется верификацией. Гипотеза, подтвержденная экспериментально, называется теорией

1. Идеалы и нормы н. исследования – схема освоения объектов, характеристики к-рых представлены в теор.-эмпирической форме. Идеалы и нормы выражают ценностные и целевые установки науки, отвечая на вопросы: для чего нужны те или иные познавательные действия, какой тип продукта (знания) должен получить в рез-те их осуществеления и каким способом получить этот продукт.

Выделяют:

1) идеалы и нормы объяснения и описания;

2) доказательности и обоснования знания;

3) построения организации знания.

Необходимо отличать научное знание от знания вненаучного. Следует отличать также научное знание от донаучного.

Проблема демаркации. Демаркация – проведение разграничительной линии. Проблема демаркации науки состоит в проблеме различительных линий отделяющих науку от ненауки. Проблема демаркации ведёт нас к проблеме критерии научности; отличия истинного знания от не истинного.

Основные признаки научного знания

Перечисляемые признаки выступают также в качестве идеалов и норм научности и в своей совокупности образуют критерии научности. Критерий – способ, с помощью которого можно определить, что является научным, а что нет.

Нормы научности – это те требования, которым удовлетворяет наука, научное знание, требования обладают повелительностью, императивностью.

Поскольку существует много наук, то различные науки в разной степени удовлетворяют тем или иным нормам научности.

Нормы научности – обоснованность знания, эмпирическая подтверждаемость, логическая последовательность.

Идеалы научности

Идеалы в полной мере не достижимы. Идеал – это то состояние научного знания к которому наука должна быть устремлена, некое совершенство науки, по истине, должное состояние.

Истинность – идеал.

Объективность – научное знание объективно. Признаки научного знания выступают как нормы и идеалы. Нормы могут выступать как идеалы и наоборот.

Критерии научности (признаки)

1. Присутствие в научном знании законов науки.

Законы это существенные повторяющиеся устойчивые связи между свойствами процессами и т. д.

Законы науки фиксируют в особой форме с помощью языка науки эффективные связи. Наука стремиться познать сущность изучаемых процессов явлений. Сущность выражается через закон. Законы это фундаментальное составляющее научного знания. Далеко не во всех науках формулируются законы. Номотетический – законоустанавливающий. Выделяют номотетические науки. Долгое время считалось, что настоящими зрелыми науками, являются номотетические науки. В некоторых науках вместо законов формулируются наличие устойчивых тенденций – тенденция развития.

2. Научное знание.

Это системно организованное выстроенное знание. Системная организация научного знания проявляется на различных уровнях. Системами являются отдельные научные теории и концепции, к системности стремяться отдельные науки, научные дисциплины, к системности стремиться наука в целом. Требования системности иногда проясняется через требование когерентности научного знания. Когерентность – согласованность. Научное знание должно быть самосогласованным, в нём исключены внутренние противоречия.

3. Эмпирическая обоснованность научного знания.

Научное знание должно быть подтверждено опытом, т. е. результатами наблюдений, экспериментов.

Верификация (верифицизм от лат слова истина и делать) Верификация – делать истину; Верификация – эмпирическое подтверждение. Неопозитивисты 20 – е – 50 – е гг 20 – ого века сформулировали принцип верификации, с помощью которого по их мнению отличают научное знание от ненаучного. Научным является то знание которое можно верифицировать – эмпирически подтвердить. Таким образом они пытались решить проблему демаркации. Действительно подход неопозитивистов продемонстрировал свою ограниченность. Острие критики было направлено против философии метафизики.

Выяснилось, что этому принципу не удовлетворяют в полной мере самые важные фундаментальные элементы самого научного знания. Законы науки с логической точки зрения представляют собой всеобщие необходимые суждения. В формулировку законов входят словосочетания.

Иначе говоря неопозитивисты недооценивали самостоятельности (автономности) теоретического знания, они абсолютизировали значения эмпирического знания теории для них это только удобная форма представления эмпирического знания.

Фальсификация – противоположность верификации. Фальсификация – делать ложным. Когда ограниченность верифицируемости стала очевидной стали искать другой подход к решению проблемы демаркации научного знания. Такой подход был предложен К. Поппером.

Поппер сформулировал принцип фальсифицируемости – научное знание должно быть фальсифицируемо – опровергаемо, если некоторая система знаний не фальсифицируемо оно является не научным.

Поппер обратил внимание на фундаментальную ассиметрию огромное количество подтверждений некоторого элемента знаний не гарантирует его истинности, в то же время единственная фальсификация этого элемента достаточна для утверждения его ложности. Критика К. Поппера направлена против марксизма, и Фрейдизма. Поппер стремился показать, что Марксизм и Фрейдизм не научны потому что не обладают принципом фальсифицируемости. Суть подхода Поппера – отрицает существование универсальных теорий и концепций применимых по всюду, всякая теория и концепция имеет ограниченную область применимости. В некотором смысле эмпирически подтвердить можно любое высказывание, любую концепцию, действительность бесконечно богата. Факты теоретически нагружены.

4. Логическая последовательность, обоснованность, доказательность научного знания.

Научные тексты должны составляться с учётом требований, правил, законов логического мышления, логики. Особенно ярко этот признак представлен в логико-математических науках, в общем – то логически последовательным мышление должно быть в любой науке. Действительность невозможно представить в виде линейной системы. Альберт Швейцер. Обоснованность научного знания. Обосновать – подвести соответствующее обоснование. Для обоснования некоторого утверждения, которое считаем обоснованным.

Самый строгий вид обоснования – доказательство и более или менее строгое доказательство встречается в логико или математических дисциплинах. Некоторое суждение – эмпирическими опытными данными с другой стороны более или менее теоризированными утверждениями. В этом признаке рационального знания концентрируются

5. Специализированность, предметность, дисциплинарность научного знания.

Научное знание – это знание об определённом предмете, об определённой предметной области, дисциплинарно организованное научное знание. Наука существует в виде множества совокупности наук или научных дисциплин. Развитие науки сопровождается дифференциацией научного познания и знания, т. е. появлением всё новых, узкоспециализированных научных дисциплин. Выявление предмета науки или научной дисциплины зачастую является сложной задачей. История данной науки, это в том числе история предметного самоопределения науки: развитие науки сопровождается уточнением предметной области. Предмет науки зачастую создаётся людьми, исследователями.

6. Объективность, адекватность, истинность, научного знания.

Истина – это и величайшая ценность и величайшая проблема и философии и науки. Сложность этой проблемы, вызвало к жизни позицию и философии и науки представители которой призывают отказаться от понятия истины.

На определённом этапе своего творческого пути такую позицию отстаивал и Поппер. Отказаться от понятия истинная теория, даже если мы каким- то образом построим истинную теорию, мы не сможем доказать, что она истинна. Истинное знание – знание соответствующие своему предмету. На место понятия истинного знания он предлагал понятие правдоподобного знания.

В последствии когда Поппер познакомился с трудами, А Тарский создал семантическую концепцию истины. Проблема смысла и значения. Семиотика – наука о знаковых системах. Семантика – раздел семиотики. Опредмечивание – переход от мыслей, идей, планов, через деятельность к предмету. Распредмечивание – переход от логики предметов, к логике понятий. В реальном, действительном научном знании переплетены элементы объективного и субъективного. Конвенция. Конвенциализм – значимость соглашений в науке.

7. Необходимость методов и средств научного познания.

Диферсификация – рост, количества и удорожание методов и средств познания.

8. Специфический язык.

Научное знание выражено на особом языке. Узкая специализированность технологичность, язык науки стремится к строгости и однозначности. Язык науки необходим для выражения глубинных свойств соответствующей предметной области. Чтобы овладеть наукой, надо овладеть её языком. Не только у каждой науки свой язык, но и у каждой научной концепции. Понимание термина определяется контекстом.

9. Экономность научного знания.

Экономность – стремление обходиться минимум средств (теоретических и языковых) «лезвие или бритва» Оккама: не изобретайте сущность сверх необходимого. Это правило отсекает всё излишнее – вот почему лезвие или бритва. Минимакс – с помощью минимума теоретических средств описать, объяснить, максимально широкую область мышления, в этом состоит красота научных теорий.

Наука стремиться внести единство в многообразие.

10. Открытость научного знания к критике и самокритике.

По природе адогматична. В науке любой элемент знания должен быть критикован. Это справедливо по отношениям к тем элементам знания которые вносит субъект. Каждый элемент знания входит в состав научного знания, если он удовлетворяет нормам и идеалам научности, имеющим место в науке на данной стадии её развития. Любой элемент знания рано или поздно будет вытеснен из состава науки. Категории сущего и должного. Наука должна быть сущей и адогматичной. В реальной науке есть и догматики и консерваторы, критика и самокритика науки осуществляется в научных спорах.

Эристика – искусство спора. Должны различать дискуссию и полемику. Полемика происходит от др. греч. война. Споры в науке должны иметь определённую цель, научную цель, продвижение к адекватному, объективному, истинному знанию. Споры в науке не должны иметь ложные цели. Победа любой ценой защита научных интересов данной группировки. Споры в науке должны удовлетворять требованиям этики науки. Критика и самокритика неотъемлемая сторона. Догматикам противопоставляют релятивистов. Догматики абсолютизируют определённые истины, релятивисты доказывают, что всё относительно.

11. Кумулятивность научного знания

Кумулятивность – происходит от слова накапливание, в науке имеет место несомненный прогресс, расширение круга познанного, от менее детального к более детальному. Развитие науки – это рост объёма научных знаний. Правда в 20 – ом столетии во 2 – ой половине 20 – ого века сформировалось течение которое называлось антикумулятивизм, поставившее под вопрос, к движению науке. Антикумулятивизм, Карл Поппер, Т. Кун, был выдвинут тезис о несоизмеримости сменяющих друг друга научных парадигм (теорий, концепций) образцовая теория. Эти признаки могут выступать в качестве идеалов и норм научности. Совокупность или система этих признаков может выступать в качестве критерия научности.

КРИТЕРИИ И НОРМЫ НАУЧНОСТИ

Теория является высшей формой организации научного знания, дающей целостное представление о существенных связях и отношениях в какой-либо области реальности. Разработка теории сопровождается, как правило, введением понятий, фиксирующих непосредственно не наблюдаемые стороны объективной реальности. Поэтому проверка истинности теории не может быть непосредственно осуществлена прямым наблюдением и экспериментом.

Такой «отрыв» теории от непосредственно наблюдаемой реальности породил в XX в. немало дискуссий на тему о том, какое же знание можно и нужно признать научным, а какому в этом статусе отказать. Проблема заключалась в том, что относительная независимость теоретического знания от его эмпирического базиса, свобода построения различных теоретических конструкций невольно создают иллюзию немыслимой легкости изобретения универсальных объяснительных схем и полной научной безнаказанности авторов за свои сногсшибательные идеи.

Заслуженный авторитет науки зачастую используется для придания большего веса откровениям всякого рода пророков, целителей, исследователей «астральных сущностей», следов внеземных пришельцев и т.п. Внешняя наукообразная форма и использование полунаучной терминологии создают впечатление причастности к достижениям большой науки и еще непознанным тайнам Вселенной одновременно.

Критические же замечания в адрес «нетрадиционных» воззрений отбиваются нехитрым, но надежным способом: традиционная наука по природе своей консервативна и склонна устраивать гонения на все новое и необычное - и Джордано Бруно ведь сожгли, и Менделя не поняли и пр. Возникает вопрос: "Можно ли четко отграничить псевдонаучные идеи от идей собственно науки?" Принцип верификации. Для этих целей разными направлениями методологии науки сформулировано несколько принципов. Один из них получил название принципа верификации: какое-либо понятие или суждение имеет значение, если оно сводимо к непосредственному опыту или высказываниям о нем, т.е. эмпирически проверяемо.

Если же найти нечто эмпирически фиксируемое для такого суждения не удается, то оно либо представляет собой тавтологию, либо лишено смысла. Поскольку понятия развитой теории, как правило, не сводимы к данным опыта, то для них сделано послабление: возможна и косвенная верификация. Скажем, указать опытный аналог понятию «кварк» невозможно. Но кварковая теория предсказывает ряд явлений, которые уже можно зафиксировать опытным путем, экспериментально. И тем самым косвенно верифицировать саму теорию. Однако в данном случае подобная верификация относительно кварков является заблуждением. Между элементарными частицами и кварками существует следующая форма двойственности: Критерии научности (логические, эмпирические, другие). Идеалы и нормы научности Для осознания сути данного тождества рассмотрим взаимоотношения между геоцентрической и геоцентрической системой движения планет Солнечной системы Критерии научности (логические, эмпирические, другие). Идеалы и нормы научности

Теоретическая модель описания движения планет здесь может быть представлена адекватно наблюдениям, но физический смысл является диаметрально противоположным. Принцип верификации позволяет в первом приближении отграничить научное знание от явно вненаучного. Однако он не может помочь там, где система идей скроена так, что решительно все возможные эмпирические факты в состоянии истолковать в свою пользу - идеология, религия, астрология и т.п.

В таких случаях полезно прибегнуть еще к одному принципу разграничения науки и ненауки, предложенному крупнейшим философом XX в. К. Поппером, - принципу фальсификации. Принцип фальсификации гласит: критерием научного статуса теории является ее фальсифицируемость или опровержимость. Иначе говоря, только то знание может претендовать на звание «научного», которое в принципе опровержимо. Несмотря на внешне парадоксальную форму, а, может быть, и благодаря ей, этот принцип имеет простой и глубокий смысл. К. Поппер обратил внимание на значительную асимметрию процедур подтверждения и опровержения в познании.

Никакое количество падающих яблок не является достаточным для окончательного подтверждения истинности закона всемирного тяготения. Однако достаточно всего лишь одного яблока, полетевшего прочь от Земли, чтобы этот закон признать ложным. Поэтому именно попытки фальсифицировать, т.е. опровергнуть теорию, должны быть наиболее эффективны в плане подтверждения ее истинности и научности. Теория, неопровержимая в принципе, не может быть научной. Идея божественного творения мира в принципе неопровержима. Ибо любую попытку ее опровержения можно представить как результат действия все того же божественного замысла, вся сложность и непредсказуемость которого нам просто не по зубам.

Но раз эта идея неопровержима, значит, она вне науки. Однако, следует заметить, что последовательно проведенный принцип фальсификации делает любое знание гипотетичным, т.е. лишает его законченности, абсолютности, неизменности. Поэтому постоянная угроза фальсификации держит науку «в тонусе», не дает ей застояться, почить на лаврах. Критицизм является важнейшим источником роста науки и неотъемлемой чертой ее имиджа. Но критицизм хорош, когда дело идет не о коренном изменении существующей научной парадигмы. Поэтому критицизм по отношению к качественно новым знаниям всегда порождал (и порождает поныне) отторжение нового. Работающие в науке ученые считают вопрос о разграничении науки и ненауки не слишком сложным.

Дело в том, что они интуитивно чувствуют подлинно и псевдонаучный характер знания, так как ориентируются на определенные нормы и идеалы научности, некие эталоны исследовательской работы. В этих идеалах и нормах науки выражены представления о целях научной деятельности и способах их достижения. И эти идеалы и нормы несут в себе отпечаток существующей научной парадигмы. Достаточно вспомнить об отторжении кибернетики, генетики и нам станет ясно, что отнесение кибернетики и генетики ко лженаукам не является следствием субъективного решения того или иного научного института. Принимаемые научные решения, как правило, носят объективный характер, но они отражают сущность существующей научной парадигмы.

Ученые хорошо понимают, что эти идеалы и нормы научности исторически изменчивы, но все же во все эпохи сохраняется некий инвариант таких норм, обусловленный единством стиля мышления, сформированного еще в Древней Греции. Его принято называть рациональным.

Этот стиль мышления основан по сути на двух фундаментальных идеях:

- природной упорядоченности, т.е. признании существования универсальных, закономерных и доступных разуму причинных связей;

- формального доказательства как главного средства обоснованности знания.

В рамках рационального стиля мышления научное знание характеризуют следующие методологические критерии:

- универсальность, т.е. исключение любой конкретики - места, времени, субъекта и т.п.;

- согласованность или непротиворечивость, обеспечиваемая дедуктивным способом развертывания системы знания;

- простота; хорошей считается та теория, которая объясняет максимально широкий круг явлений, опираясь на минимальное количество научных принципов;

- объяснительный потенциал;

- наличие предсказательной силы.

Эти общие критерии, или нормы научности, входят в эталон научного знания постоянно. Более же конкретные нормы, определяющие схемы исследовательской деятельности, зависят от предметных областей науки и от социально-культурного контекста рождения той или иной теории.

Принцип глобального дедукционизма. Принцип глобального дедукционизма представляет собой совершенно иной стиль мышления. Он отражает сущность нового научного мышления. Этот принцип является следствием последовательного многоуровневого применения простых правил вывода следствий из причин, по образу и подобию, отражающих взаимосвязь и взаимодополнительность двойственных отношений. Критерии научности (логические, эмпирические, другие). Идеалы и нормы научности

Так формируется двойная цепочка генетического кода систем любой природы. Эта цепочка в полной мере применима и к методам Познания, если заменить в ней абстрактное двойственное отношение следующим тождеством Критерии научности (логические, эмпирические, другие). Идеалы и нормы научности Это тождество отражает единство методов дедукции и индукции на всех уровнях иерархии научного Познания. Современная наука использует двойную цепочку Критерии научности (логические, эмпирические, другие). Идеалы и нормы научности

Здесь научное познание начинается с индукции (числитель левой части) и заканчивается дедукцией (знаменатель правой части тождества). Дедукция при этом выполняет роль обобщения полученного Частного Знания и выводить из него новые знания , в рамках этого Единого, но Частного знания. Следует обратить внимание на следующую особенность весов с двумя "коромыслами". Одно из них отражает проявленную сторону отношения. Это то, что видит внешний наблюдатель: "Индукция"- "Дедукция". Другое - отражает внутреннюю сущность внешней формы: "дедукция"-"индукция".

Таким образом, внутренняя сущность категории "Индукция" в левой части тождества является "дедукцией", в то время как внутренняя сущность категории "Дедукции" является "индукцией". Подобное толкование сущности "внешнего" и "внутреннего" относится вообще к любому тождеству, отражающего взаимоотношения законов сохранения симметрии отношений в системах любой природы. Но законы эволюции двойственного отношения порождают следующее тождество Критерии научности (логические, эмпирические, другие). Идеалы и нормы научности

Из которого следует парадигма нового мышления Критерии научности (логические, эмпирические, другие). Идеалы и нормы научности Поэтому такая двойная цепочка окажется способной самым естественным образом верифицировать существующие научные знания в любой сфере научной деятельности, отсекая от Знания Единого все научные домыслы и измышления, отделяя истинно научное Знание от Лжезнания.

Критерии и нормы научности

Теория является высшей формой организации научного знания, дающей целостное представление о существенных связях и отношениях в какой-либо области реальности. Разработка теории сопровождается, как правило, введением понятий, фиксирующих непосредственно ненаблюдаемые стороны объективной реальности. Поэтому проверка истинности теории не может быть непосредственно осуществлена прямым наблюдением и экспериментом. Такой "отрыв" теории от непосредственно наблюдаемой реальности породил в XX в. немало дискуссий на тему о том, какое же знание можно и нужно признать научным. Проблема заключалась в том, что относительная независимость теоретического знания от его эмпирического базиса, свобода построения различных теоретических конструкций невольно создают иллюзию легкости изобретения универсальных объяснительных схем и научной безнаказанности авторов за свои сногсшибательные идеи.

Заслуженный авторитет науки зачастую используется для придания большего веса откровениям всякого рода пророков, целителей, исследователей "астральных сущностей", следов внеземных пришельцев и т. п. При этом применяется и полунаучная терминология. Критические замечания в адрес "нетрадиционных" воззрений отбиваются нехитрым, но надежным способом: традиционная наука по природе своей консервативна и склонна устраивать гонения на все новое и необычное — Д. Бруно сожгли, Менделя не поняли и пр.

Возникает вопрос: а можно ли четко разграничить псевдонаучные идеи и собственно науки? Для этих целей разными направлениями методологии науки сформулировано несколько принципов. Один из них получил название принципа верификации: какое-либо понятие или суждение имеет значение, если оно сводимо к непосредственному опыту или высказываниях о нем, т.е. эмпирически проверяемо. Если же найти нечто эмпирически фиксируемое для такого суждения не удается, то считается, что оно либо представляет собой тавтологию, либо лишено смысла.

Поскольку понятия развитой теории, как правило, не сводимы к данным опыта, то для них сделано послабление: возможна и косвенная верификация. Скажем, указать опытный аналог понятию "кварк" (гипотетическая частица) невозможно. Но кварковая теория предсказывает ряд явлений, которые уже можно зафиксировать опытным путем, экспериментально. И тем самым косвенно верифицировать саму теорию. Принцип верификации позволяет в первом приближении отграничить научное знание от явно вненаучного. Однако он не поможет там, где система идей скроена так, что решительно все возможные эмпирические факты можно истолковать в ее пользу — идеология, религия, астрология и т.п.

В таких случаях полезно прибегать к еще одному принципу разграничения науки и ненауки, предложенному крупнейшим философом XX в. К. Поппером, — принципу фальсификации. Он гласит: критерием научного статуса теории является ее фальсифицируемость или опровержимость. Иначе говоря, только то знание может претендовать на звание "научного", которое в принципе опровержимо. Несмотря на внешне парадоксальную форму, а, может быть, благодаря ей этот принцип имеет простой и глубокий смысл. К. Поппер обратил внимание на значительную асимметрию процедур подтверждения и опровержения в познании.

Никакое количество падающих яблок не является достаточным для окончательного подтверждения истинности закона всемирного тяготения. Однако достаточно всего лишь одного яблока, которое полетело бы прочь от Земли, чтобы этот закон признать ложным. Поэтому именно попытки фальсифицировать, т.е. опровергнуть теорию, должны быть наиболее эффективны в плане подтверждения ее истинности и научности. Можно, правда, заметить, что последовательно проведенный принцип фальсификации делает любое знание гипотетичным, т.е. лишает его законченности, абсолютности, неизменности. Но это, наверное, и неплохо: именно постоянная угроза фальсификации держит науку "в тонусе", не дает ей застояться, как говорится, почить на лаврах.

Критицизм является важнейшим источником роста науки и неотъемлемой чертой ее имиджа. При этом можно отметить, что работающие в науке ученые считают вопрос о разграничении науки и ненауки не слишком сложным. Они интуитивно чувствуют подлинно- и псевдонаучный характер знания, так как ориентируются на определенные нормы и идеалы научности, некие эталоны исследовательской работы. В этих идеалах и нормах науки выражены представления о целях научной деятельности и способах их достижения. Хотя они исторически изменчивы, но во все эпохи сохраняется некий инвариант таких норм, обусловленный единством стиля мышления, сформированного еще в Древней Греции. Его принято называть рациональным. Этот стиль мышления основан, по сути, на двух фундаментальных идеях: — природной упорядоченности, т.е. признании существования универсальных, закономерных и доступных разуму причинных связей; и формального доказательства как главного средства обоснованности знания.

В рамках рационального стиля мышления научное знание характеризуют следующие методологические критерии:

- универсальность, т.е. исключение любой конкретики — места, времени, субъекта и т. п.;

- согласованность или непротиворечивость, обеспечиваемая дедуктивным способом развертывания системы знания;

- простота; хорошей считается та теория, которая объясняет максимально широкий круг явлений, опираясь на минимальное количество научных принципов;

- объяснительный потенциал;

- наличие предсказательной силы.

Эти общие критерии, или нормы научности, входят в эталон научного знания постоянно. Более же конкретные нормы, определяющие схемы исследовательской деятельности, зависят от предметных областей науки и от социально-культурного контекста рождения той или иной теории.

Leave a Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

98 − 92 =